Лекция 1 — «Первые сюжеты в рассказе о Сотворении мира»

1. Вступление: курс и книга «Библейская динамика»

[00:01] Добрый вечер. Вряд ли среди наших слушателей много тех, у кого сейчас день, но в любом случае доброго времени суток всем участникам. Меня зовут Артур Клемперт, я буду лектором курса, который был заявлен и описан в аннотации. Сразу скажу о нескольких технических вещах, которые пока находятся в полуподготовительной стадии: курс меняется буквально в ходе обсуждений.

[00:50] Связано это прежде всего с тем, что существует издание, которое большинство из вас наверняка видели или о котором слышали: в последние несколько недель прошло много его презентаций. Автор книги — рав Пинхас Полонский, человек, многим известный. Я сразу покажу эту книгу, насколько ее видно в камеру.

[01:25] Книга называется «Библейская динамика», и это же — основное название курса. Она разделена на довольно большое число томов, которые охватывают в основном только один, наиболее важный, ключевой раздел — Пятикнижие, или Хумаш. При этом, например, книге Берешит посвящены два тома, и то же относится к другим книгам: число томов не соответствует в точности числу книг Пятикнижия, томов комментария в этом издании гораздо больше.

2. Два уровня вопросов: к лектору и к автору

[02:04] Я с удовольствием отвечу на вопросы, которые вы будете задавать по ходу занятий; нужно только каким-то образом дать сигнал о том, что у вас назрел вопрос или высказывание — разумеется, в рамках нашей тематики. Но есть вопросы сложные, которые требуют реакции не моей, то есть человека, доносящего некоторую часть содержания этой книги, а ее автора и издателя — самого рава Полонского.

[02:45] Поэтому у нас будет возможность адресовать наиболее сложные вопросы, вызывающие наибольшие дискуссии, напрямую ему: раз в какое-то время он будет выходить на связь и отвечать на них лично. Так разделяются вопросы по уровню сложности: наиболее сложные я переадресую автору.

3. Предмет курса и особенности издания

[03:20] Теперь несколько слов о том, что мы собираемся здесь разбирать. Для большинства участников курса текст книги Берешит — или книги Бытия, как она обычно называется в русском переводе, — не является чем-то новым. Мы исходим именно из этого: слушатели уже подготовлены в том, что касается сюжетных линий, основных героев и основных событий повествования. Поэтому я не буду подробно останавливаться на каждом слове текста или на каждом сюжете: мы будем несколько парить над текстом — настолько, насколько это позволит «Библейская динамика».

[04:13] Еще одно общее вводное замечание — о том, чем интересна эта книга. Она представляет собой не только комментарий, традиционный или более современный, — такой жанр не новость для еврейской религиозной культуры и для понимания этих книг внутри нее. В ней есть и дополнительные тексты в виде эссе, которые развивают отдельные темы не как комментарий, а как самостоятельную концепцию — важную для понимания текста и для его актуализации в современном информационном пространстве.

[04:59] Я не говорю об иллюстрациях: это не главная часть издания, хотя и очень полезная, — книга и эстетически выглядит весьма привлекательно. Кроме того, в ней есть разножанровые дополнения, представляющие собой отдельные произведения. Один из таких слоев всего многотомника — каббалистический комментарий. Сразу скажу, что я никоим образом не являюсь специалистом в области каббалы и не готов глубоко в нее погружаться. Если эта часть кого-то заинтересует, такие вопросы следует сразу направлять в ту самую группу, которую мы организуем для вопросов к раву Пинхасу Полонскому.

4. На какого слушателя рассчитан курс

[06:06] Основные вводные положения я изложил, и мы движемся к содержанию. Скажу еще об одном, тоже вводном: у нас была долгая дискуссия о том, кто будет основным слушателем и участником курса. Как я уже говорил, мы исходим из того, что участник по крайней мере прочитал основной текст. Есть и другое, вполне обоснованное предположение: многие из вас наверняка участвовали в рамках этой образовательной программы в занятиях других преподавателей, которые разбирали основные классические комментарии к книге Берешит.

[07:00] Поэтому мы будем исходить не из всей совокупности сложившихся комментариев — так мы и через год не закончим первую фразу, — а из того, что составляет новизну именно этого издания, «Библейской динамики»: из концептуальных идей, которые вытекают из того, как именно это издание понимает те или иные тонкости текста. Если я что-то пропустил во вводной части, я буду возвращаться к этому по ходу дела.

5. Книга Берешит и риск нового комментария

[07:39] Текст книги Берешит, или книги Бытия, — один из самых сложных, самых красивых, самых поэтичных и самых вдохновляющих, если не самый вдохновляющий. Количество цитат из него в искусстве, литературе, в общекультурных контекстах просто невероятно. Поэтому браться за новый комментарий к нему — всегда риск, и риск серьезный: мы оказываемся на одной доске с великими комментаторами древности.

[08:20] Это издание исходит из того, что наиболее близко современному человеку, из того, что составляет для него основную часть текста.

6. Первый стих и глагол «бара»: творение из ничего

[08:33] Одна из самых главных составляющих связана буквально с первыми словами. Это тот редкий случай, когда я прочитаю текст оригинала: «Берешит бара Элоѓим эт ѓа-шамаим ве-эт ѓа-арец», то есть «В начале сотворил Бог небо и землю».

בראשית ברא אלהים את השמים ואת הארץ[1]

«В начале сотворил Бог небо и землю».

[08:55] Уже с первых слов, с первых смыслов каждого из этих слов возникает невероятное количество комментариев. Некоторые комментаторы утверждают, что в этом предложении, по сути, заложено все содержание Танаха в целом, а не только Пятикнижия: вся история окружающего нас мира и человеческого рода, который его преобразует, заключена в этой фразе.

[09:30] Не буду уходить так далеко и остановлюсь только на одном слове — не на первом, а на втором: «бара», глагол «ливро», означающий сотворение. Здесь есть языковая тонкость: русское слово «сотворение», как и соответствующее слово в любом другом языке, не передает тех тонких различий, которые существуют в иврите. Этот глагол используется именно для создания чего-либо из ничего. Это очень важное отличие, и сам этот смысл порождает огромную часть комментариев, связанных с понятиями «творение» и «творчество» как таковыми и с тем, как они соотносятся — не только в культурном контексте, но и в более широком, уходящем далеко от культуры, например в научно-технологическом, или в каком бы то ни было ином.

7. Творение и уподобление Богу: первое звено логической цепочки

[10:40] В «Библейской динамике» выстроена логическая цепочка, которая объединяет идею творения с другой идеей, хорошо знакомой всем, кто читал первую часть Пятикнижия, — сотворением человека по образу и подобию Бога. Тема эта огромна, и в книге сделана попытка передать ее латинским выражением imitatio Dei[2], то есть уподобление Богу.

ויאמר אלהים נעשה אדם בצלמנו כדמותנו וירדו בדגת הים ובעוף השמים ובבהמה ובכל הארץ ובכל הרמש הרמש על הארץ. ויברא אלהים את האדם בצלמו בצלם אלהים ברא אתו זכר ונקבה ברא אתם[3]

«И сказал Бог: сделаем человека по образу Нашему, по подобию Нашему, и да властвуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всей землей, и над всеми пресмыкающимися, что ползают по земле. И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Бога сотворил его; мужчиной и женщиной сотворил их».

[11:20] Уподобление человека Богу состоит именно в этой удивительной составляющей — в творческом начале, в способности человека сотворить нечто либо из ничего, как мы говорили, либо из чего-то, но преобразовав это так, как не способно ни одно другое живое существо, кроме человека. И совершается это в значительной степени в соответствии с волей самого человека; это и делает человека богоподобным.

8. Второе звено: Творец — первая характеристика Всевышнего

[12:00] Вторым пунктом в этой логической цепочке будет идея о том, что «Творец» — это характеристика прежде всего самого Всевышнего. Вторым своим словом текст Хумаша дает концептуальную основу: главная характеристика Всевышнего, первая, которая о Нем сообщена, — то, что Он является Творцом, Тем, Кто по Своей воле, по Своему не вполне понятному нам плану осуществляет сам процесс творения.

9. Третье звено: созидание и разрушение; творчество как служение

[12:43] Третья логическая часть этого отношения к творчеству и творению — сопоставление с человеческой деятельностью: является ли она творческой. Здесь мы сталкиваемся сразу с двумя сторонами творческой натуры человека — как, кстати, и натуры самого Бога. Это и способность творческого созидания, то есть деятельности, направленной на позитивный результат, и противоположное — разрушение чего-либо, созданного ранее или создаваемого в этот самый момент. Это важная составляющая.

[13:36] Поэтому творчество в этой концепции понимается как важнейшая часть не только характеристики человека, но и его служения Богу. Следование божественной идее, или плану, который человеку неизвестен, происходит посредством творения, осуществляемого самим человеком, — творчества в широком смысле слова. Это очень важно: речь идет не только о том, что близко людям культуры, искусства и науки, но и о вполне приземленных вещах. Мы преобразуем и творим окружающие нас предметы материального мира, и это тоже часть богослужения. Так это понимается в комментарии, который в книге приводится одним из первых.

10. «Олам» и «неелам»: мир и сокрытие Творца

[14:47] Есть еще одна концепция, на которую я хотел бы обратить внимание; она снова связана с языковой особенностью — со словом «олам». Слово «олам», «мир», однокоренное со словом «неелам», «скрытый»[4]. Получается, что Бог создает мир, «олам», а затем возникает тема того, что этот мир может быть скрытым или, по крайней мере, что нечто в нем скрывается: «неелам» связано с сокрытием. Здесь приводится широко известный комментарий: уже в самом процессе творения Всевышний скрывает Себя.

[15:42] Скрывает потому, что ключевой темой является понятие света, и свет этот имеет столь колоссальную силу, что может ослепить человека. Для того чтобы человек — другой творец, сотворец — мог существовать в этом мире, Всевышний должен Себя скрыть. Происходит процесс сокрытия, и это два тесно взаимосвязанных явления: с одной стороны, мироздание, сотворение мира, «олам», а с другой — сокрытие в нем Бога, буквально с самого начала, или по крайней мере частичное сокрытие.

11. Тема времени: «и был вечер, и было утро»

[16:29] Далее идет еще одна большая и очень интересная тема. Она как будто очевидна, но, как выясняется, — а я многие годы обсуждал этот текст с разными аудиториями, — для многих оказывается открытием. Это понятно: информационных слоев слишком много, и человек в них несколько теряется. Речь идет о теме времени, которая возникает буквально сразу, в первый же день творения, поскольку он завершается формулой «и был вечер, и было утро, день первый».

ויקרא אלהים לאור יום ולחשך קרא לילה ויהי ערב ויהי בקר יום אחד[5]

«И назвал Бог свет днем, а тьму назвал ночью. И был вечер, и было утро: день один».

[17:17] С самого начала это вызывает логические вопросы. Самый простой из них: как можно говорить о вечере и утре, то есть об убывании и прибавлении света, если привычных нам светил еще нет? Уже отсюда понятно, что под словом «день» имеется в виду нечто иное, чем то время суток, с которым мы знакомы по обычной жизни.

[17:55] В спор о том, что такое «день», мы входить не будем. Дискуссии между защитниками внутренней целостности текста и теми, кто нападает на него, указывая на его внутреннюю противоречивость, насчитывают много веков, и я не хочу в них вступать. Меня в данном случае интересует последовательность: вечер и утро. Еврейские сутки — мы знаем это по еврейскому календарю до сего дня — устроены именно по этой схеме: пространство дня начинается с вечера и продолжается утром.

12. «Эрев» и «бокер»: от смешения к различению

[18:48] Это важно еще и потому, что здесь вновь существенна языковая сторона: язык текста поэтичен и многослоен. Вечер на иврите — «эрев», слово, связанное с корнем, означающим смешение[6]: состояние, в котором невозможно четко различить окружающие нас детали. Это очень важная языковая составляющая: мы начинаем день — или, в данном случае, завершаем рассказ о первом дне творения — с того состояния, когда детали неясны.

[19:35] А затем наступает утро — логическое продолжение периода, называемого днем. Здесь появляется корень, связанный с глаголом «левакер» — «проверять», «исследовать»: наступает момент, когда с помощью света мы уже можем четко отделить одну деталь от другой и увидеть различия между ними.

13. Различение добра и зла как обязанность человека; Тора против релятивизма

[20:08] Более того, в этом заложена еще одна мощная концепция, связанная с творением. Она утверждает, что различать детали в более широком смысле — различать добро и зло, которые с самого начала заложены в мироздании в целом и в жизни человека, — это обязанность человека.

[20:35] Существует очень популярная философская концепция, согласно которой нет добра как такового и нет зла как такового, а есть лишь различное соотношение факторов, — то, что называют релятивизмом в широком смысле; его относят и к общественной жизни, и к любой другой сфере, и к фигуре самого сотворенного человека. Для Торы, для всей построенной на ней еврейской религиозной концепции релятивизм — в известном смысле противоположность. Напротив, функция человека — разделять и различать; для этого ему дан свет, для этого ему даны все прочие ресурсы, находящиеся в его руках, и благодаря этому он может двигаться дальше, развивая и себя, и мир вокруг себя.

14. День творения как законченный цикл

[21:36] Пропущу, повторю еще раз, длинную дискуссию о том, что такое день творения и какова стоящая за ним идея. Остановлюсь лишь на том — и примерно так же поступает сама «Библейская динамика», не вдаваясь подробно в эти споры, — что речь идет о некотором этапе. Сколько он длился — миллиарды лет, миллионы, — я не знаю; сейчас это бессмысленный разговор, который увел бы нас в сторону.

[22:10] Существенно другое: светил на этот момент в рассказе еще нет, нет никаких знакомых нам определителей времени — и тем не менее сам цикл уже задан. Есть цикл дня, соответствующий скорее понятию суток — с вечера до утра и далее, — и каждый из дней является отдельным законченным циклом, посвященным какой-то основной, важной идее.

15. Второй день: разделение вод и вода как милость

[22:45] Далее появляется тема воды. В библейском смысле она очень близка всему, что будет происходить потом: в рассказе Хумаша и далее в Танахе она развивается чрезвычайно активно и получила продолжение в различных еврейских религиозных течениях; это бесконечный образ.

ויאמר אלהים יהי רקיע בתוך המים ויהי מבדיל בין מים למים. ויעש אלהים את הרקיע ויבדל בין המים אשר מתחת לרקיע ובין המים אשר מעל לרקיע ויהי כן[7]

«И сказал Бог: да будет свод посреди вод, и да отделяет он воды от вод. И создал Бог свод, и отделил воды, которые под сводом, от вод, которые над сводом; и стало так».

[23:15] Я остановлюсь на комментарии, который дан в «Библейской динамике»: разделение вод воспринимается как символ милости Всевышнего. Образ понятен практически любому: вода движется на глазах у человека, как правило, сверху вниз, и точно так же мы воспринимаем милости и дары — как приходящие с небес. Для Земли Израиля тема воды и ее необходимости для того, чтобы что-либо произрастало, вообще ключевая, но мы сейчас говорим не о географии Израиля.

[24:04] * Упомяну лишь — хотя к сегодняшнему разговору это прямо не относится — о противоположности: о соседней стране, Египте, где осадки как явление практически отсутствуют, это большая редкость. Вода там находится внизу, она может только разливаться, и уже хотя бы поэтому эта страна противоположна Земле Израиля. Поэтому, когда позднее в Танахе пойдет речь о восхождении в Землю Израиля или о нисхождении из нее, подразумеваться будет в том числе и это: в одном случае вода приходит сверху вниз, в другом — она всегда доступна и находится рядом.

[24:51] С водой, разделяемой во второй день, связан довольно интересный вопрос: благо она или не благо, является ли она только символом милости, Хеседа Всевышнего. Вопрос уместен, потому что дальше мы столкнемся с рассказом о Потопе, где вода играет роль разрушения — разрушения и одновременно очищения мира от скверны, которая в нем расцвела. Зная наперед последующие сюжеты, мы понимаем, что явление это неоднозначно: когда милости становится слишком много, человек не только не готов воспринять ее как милость, но и воспринимает ее прямо противоположным образом.

16. Третий день: два рассказа о сотворении и деревья райского сада

[25:51] Оставим воду. Далее начинается рассказ о произрастании деревьев, и здесь тоже есть большая тема. «Библейская динамика» основана на анализе, который приводит к концепции двух рассказов о сотворении: есть первоначальный рассказ — на нем мы сегодня в основном и строим изложение — и вторая версия сотворения, приведенная в той же книге Берешит сразу после рассказа о появлении человека. Ко второй версии я сейчас переходить не буду, но в ней подробнее, чем в первой, разбирается один сюжет: появление растений — это появление съедобных деревьев райского сада.

ויאמר אלהים תדשא הארץ דשא עשב מזריע זרע עץ פרי עשה פרי למינו אשר זרעו בו על הארץ ויהי כן. ותוצא הארץ דשא עשב מזריע זרע למינהו ועץ עשה פרי אשר זרעו בו למינהו וירא אלהים כי טוב[8]

«И сказал Бог: да произрастит земля зелень — траву семеносную, дерево-плод, производящее плод по роду своему, в котором семя его, на земле; и стало так. И произвела земля зелень — траву семеносную по роду ее и дерево, производящее плод, в котором семя его, по роду его; и увидел Бог, что это хорошо».

17. Процесс и результат: съедобное дерево, Запад и Восток

[26:49] Именно съедобных деревьев: в первоначальном плане — который, возможно, еще будет осуществлен, к этому я сейчас вернусь, — существовала концепция, где наслаждение от процесса не отделено от наслаждения результатом. Растущее дерево и плод этого дерева — не два разных процесса, а по сути один.

[27:28] Многие из вас знают, что в этом состоит одно из основополагающих различий между западной и восточной цивилизациями. Западная цивилизация всегда ориентирована на результат, процесс для нее второстепенен, и она в очень большой степени строится по определенной модели поведения человека — и в обществе, и в целом, и на индивидуальном уровне. В восточной же цивилизации, особенно на Дальнем Востоке или в Индии, основная концептуальная идея, как правило, заключается в том, чтобы получать удовольствие от самого процесса, а результат гораздо менее важен.

[28:16] Эта концепция присутствует и в первом, и во втором рассказе о сотворении мира: тема деревьев, которые изначально, по-видимому, задумывались как съедобные. Но человек по разным причинам оказался невосприимчив к этому, и съедобными остались только плоды.

18. Первоначальный план Творца и мессианские времена

[28:43] Дальше начинается то, что всегда составляет самую главную часть. Это слой, присутствующий буквально в каждом предложении книги Берешит, и особенно в первых ее главах: первоначальный план никуда не делся, рано или поздно он будет осуществлен — во времена, которые мы называем мессианскими, временами Машиаха, с приходом Машиаха, в мире грядущем. Все, о чем мы читаем между строк, на что обращают наше внимание мидраши и комментарии, рано или поздно будет реализовано. Это модель, вокруг которой, безусловно, всегда развивалось еврейское сознание, еврейское понимание этого текста и того, зачем он таков.

19. Четвертый день: два светила и идея иерархии

[29:40] Еще одна очень интересная концепция связана с сотворением светил — с рассказом о сотворении Луны и Солнца. В этом же рассказе сразу говорится о том, что светила властвуют над определенной частью этапа, называемого днем: Солнце властвует над светом и днем, а Луна — светило, властвующее над ночью, или тьмой. Более того, Луна и физически является отражением света в ночи: она не порождает свет сама, а именно отражает его, и это важная составляющая.

ויעש אלהים את שני המארת הגדלים את המאור הגדל לממשלת היום ואת המאור הקטן לממשלת הלילה ואת הכוכבים[9]

«И создал Бог два великих светила: светило большое для владычества над днем и светило малое для владычества над ночью, и звезды».

[30:35] Сначала о двух этих светилах не сказано, что они неравны: оба названы великими. А затем, буквально в следующих же словах, текст говорит, что Солнце — светило большое, а Луна — светило малое. Идея, которую довольно подробно разбирает наша книга, состоит в том, что здесь заложен сам принцип иерархии. Мир развивается таким образом, что кто-то или что-то — в данном случае светило — становится главным по отношению к другим. Эта же модель, перенесенная на человеческое общество, означает, что кто-то над кем-то должен властвовать. Об этом будет сказано буквально в первых строках рассказа о сотворении мужчины и женщины: мужчина будет властвовать. К этому мы еще подойдем, но, как я предполагаю, уже не сегодня.

20. Отмирание иерархии в грядущем мире

[31:45] Тема заложенной в мире иерархии, власти над чем бы то ни было, очень важна. И вот что интересно: если применить к ней тот же контекст грядущего мира — по первоначальному плану светила, судя по всему, были равными, — то отсюда делается вывод, что и в итоге, в том самом грядущем мире, в мессианские времена, иерархия отомрет. Постепенно или резко — мы не знаем, но человеческое общество, которое точно так же является отражением этой модели, лишится иерархии, заложенной в нас буквально с первых шагов, которые мы совершаем на земле.

[32:33] Сама по себе эта концепция, как мне кажется, чрезвычайно интересна. Нам довелось жить во времена, когда — если окинуть современный мир широким взглядом, и в информационном, и во всех остальных отношениях, — мы видим, как традиционная иерархия, свойственная и индивидуальному уровню, и семейному, и уровню больших обществ, государств, цивилизаций, постепенно отмирает прямо на наших глазах. Мы живем в мире, где этот процесс совершенно явно виден. Родится ли из этого какая-то иная форма иерархии — пока непонятно; по крайней мере, опасения на этот счет многие высказывают регулярно. Но в любом случае сама мысль о том, что в грядущем мире иерархия отомрет, очень занимательна.

21. Пятый день: морские чудища — «таниним»

[33:38] Далее рассказ переходит к живым существам, населяющим этот мир, и начинается он с сотворения морских чудищ. Интересен сам термин «танин», который на современном иврите мы воспринимаем, кажется, как «крокодил». На самом деле не очень понятно, что представляли собой эти морские чудища, обитавшие в водах.

ויברא אלהים את התנינם הגדלים ואת כל נפש החיה הרמשת אשר שרצו המים למינהם ואת כל עוף כנף למינהו וירא אלהים כי טוב[10]

«И сотворил Бог больших морских чудищ и всякое живое существо пресмыкающееся, которыми воскишели воды, по роду их, и всякую птицу крылатую по роду ее; и увидел Бог, что это хорошо».

[34:15] Примечательно, что текст вернется к этому сюжету в рассказе об Исходе. Напомню об испытаниях, через которые проходит Моше, — о сюжетах, связанных с тем, что мы воспринимаем как змей: посох, обратившийся в змея, пожирает змей, сотворенных чародеями Египта. Там тоже использован термин «танин».

ויבא משה ואהרן אל פרעה ויעשו כן כאשר צוה ה׳ וישלך אהרן את מטהו לפני פרעה ולפני עבדיו ויהי לתנין. […] וישליכו איש מטהו ויהיו לתנינם ויבלע מטה אהרן את מטתם[11]

«И пришли Моше и Аѓарон к фараону, и сделали так, как повелел Господь: бросил Аѓарон посох свой перед фараоном и перед рабами его, и стал он змеем (танин). […] И бросил каждый посох свой, и стали они змеями (таниним); и поглотил посох Аѓарона их посохи».

[34:40] Это не случайность: текст будет регулярно возвращаться к одним и тем же концепциям, к одним и тем же словам, и в разных контекстах они будут играть роль намека. Даже не зная никаких особых комментариев и мидрашей, мы наверняка узнаем о существовании намека — достаточно уже того, что мы внимательно читаем.

22. Птицы: существа, которым нужна суша

[35:03] Следующий пункт — птицы; это все тот же пятый день творения. Они обитатели небес, но, в отличие от морских чудищ и вообще морских обитателей, все-таки нуждаются в земле. Отсюда возникает довольно интересная тема, связанная с этим образом в обратном порядке — при исчезновении, когда речь пойдет о Потопе. Те живые существа, которые нуждаются в суше, нуждаются и в опеке со стороны Ноаха; те же, что живут в воде, с Ноахом в этом отношении не связаны. Это тоже, как мне кажется, интересный сюжет.

23. Шестой день: «Сделаем человека» — к кому обращено множественное число

[36:01] Следующий пункт, на котором комментарий останавливается довольно подробно и по поводу которого людьми, интересующимися — скажу собирательно — текстом Танаха и прежде всего Хумаша, написано необозримо много и сломано множество копий, — это знаменитое множественное число в рассказе о сотворении Адама: «сделаем человека», «наасе адам» (текст стихов приведен выше, в параграфе 7). Кому это сказано, кто эти многие?

[36:47] Существует классический комментарий, согласно которому речь идет о сонме ангелов[12]. В «Библейской динамике» этот сюжет вообще не упомянут: он слишком сомнителен с точки зрения восприятия современным человеком, а этот комментарий рассчитан именно на современного читателя.

[37:16] В книге же речь идет о том, что очень близко человеку, и мы возвращаемся к тому, с чего я сегодня начинал, — к разговору о роли человека. Это обращение к самому человеку: так понимает множественное число слов «сделаем человека» один из мидрашей. Всевышний, с одной стороны, и человек — с другой: каждый из участников этого процесса наделен способностью творить, как мы говорили, способностью менять и преобразовывать мир, иногда, к сожалению, и разрушая его.

[38:00] Такое понимание множественного числа, которое предлагает «Библейская динамика», по-моему, очевидно подходит современному читателю. Он действительно ориентирован на гуманистическую концепцию, в которой нет жесткого подчинения человека авторитету небес, а есть, напротив, сотрудничество, со-творение. Поэтому данный комментарий идеально ложится на гуманистическую концепцию, где человек — важная часть сотворения, без которой не обойтись, в том числе и в сотворении самого себя.

24. Образ и подобие: способность творить и свобода выбора

[38:43] О подобии Богу я уже говорил — о знаменитой фразе «создал по образу и подобию». Комментарий, который приводит книга, видит это подобие в той самой способности человека творить, менять себя, менять окружающий мир. В этом отличие человека — пожалуй, единственное — от всех остальных живых существ на Земле.

[39:19] Мы не быстрее бегаем, не быстрее плаваем, не быстрее летаем; мы не обладаем свойствами, которые гораздо лучше представлены у других живых существ. Но у нас есть то, чего нет ни у кого из них, — эта самая творческая способность, которая во всех текстах обычно называется свободой воли, свободой выбора человека: он может нечто сделать, может не сделать, а может сделать и ровно наоборот.

25. Адам: сотворен парой или одинок

[39:59] Следующий пункт рассказа — один из самых интересных сюжетов, и в «Библейской динамике» он разбирается довольно подробно как одно из различий между первым и вторым рассказами о сотворении. В первом рассказе человек сотворен парой: в нем уже заложены два существа в одном, это своего рода гермафродит. Во второй версии Адам — одинокое существо, противопоставленное всему остальному животному миру, противоположное ему, поскольку до этого речь шла о парах, о существах, сотворенных парами.

[40:45] Тема сотворения парами будет, кстати, повторена — опять-таки в негативном контексте — в рассказе о Потопе, когда из всех существ отбираются эти самые пары — правильные, чистые животные, которым положено жить в следующем мире, на следующем этапе развития мира; поэтому их и спасает Ноах.

[41:12] Итак, по второй версии человек изначально одинок.

ויאמר ה׳ אלהים לא טוב היות האדם לבדו אעשה לו עזר כנגדו[13]

«И сказал Господь Бог: нехорошо человеку быть одному; создам ему помощника, соответствующего ему».

[41:20] В эту тему я сейчас вообще не буду входить — настолько огромен этот концептуальный вопрос: одиночество человека в мире; кто является его собеседником, помимо Творца, с Которым он в любом случае пребывает в состоянии диалога; ощущение собственной конечности. Это огромная философская тема, которой посвящено гигантское количество комментариев. Здесь мы только упомянем о ней, не более.

26. «Плодитесь и размножайтесь»: заполнить мир и преобразовать его

[41:52] И, конечно, есть любимая человечеством заповедь — «плодитесь и размножайтесь», первая заповедь, данная человеческому роду согласно рассказу книги Берешит.

ויברך אתם אלהים ויאמר להם אלהים פרו ורבו ומלאו את הארץ וכבשה ורדו בדגת הים ובעוף השמים ובכל חיה הרמשת על הארץ[14]

«И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и овладевайте ею, и властвуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всяким живым существом, ползающим по земле».

[42:10] Сама идея понятна: она связана с тем, чтобы заполнить мир людьми. Но дело не только в том, чтобы заполнить созданный мир: здесь подчеркивается, что очень важно его преобразовать, получить возможность изменить его к лучшему.

27. Заповедь против «экологического экстремизма»

[42:44] Это одна из тем, очень болезненных для современных дискуссий, прежде всего в западной цивилизации, — причем дискуссий, ориентированных, я бы сказал, как раз не на человека, а против него.

[43:10] Современное экологическое, «зеленое» движение ведь не просто боготворит природу: в значительной степени оно сегодня мимикрировало или деградировало — кто как скажет — до отрицания человека. Если внимательно почитать лозунги или более глубокие концепции современных экологов, окажется, что человеку вообще лучше было бы не рождаться и не заполнять землю: он все портит, загрязняет и преобразует мир только в сторону разрушения.

[43:50] Заповедь «плодитесь и размножайтесь» и, соответственно, «преобразуйте мир к лучшему» прямо противоположна этому. Она показывает — не скажу «несовременность» — концептуальное противоречие между учением и текстом книги Берешит и тем, что мы видим сегодня и что в книге названо экологическим экстремизмом. Вероятно, это самое точное определение: именно то, что обозначается словом «экстремизм».

28. Заповедь как призыв к взаимной ответственности

[44:33] Есть здесь и еще один слой, довольно интересный. Задание «плодитесь и размножайтесь» предполагает коллектив, предполагает весь человеческий род: исполнить эту заповедь в одиночку невозможно. Несмотря на все усилия и современные научно-технические достижения — я не знаю, как сегодня происходит процесс искусственного зарождения, — человек не воспроизведет себя исключительно на основе собственных генов. Ему нужен кто-то, нужен партнер, нужно нечто, чтобы создать следующее поколение.

[45:20] В этом отношении заповедь «плодитесь и размножайтесь» — призыв к взаимной ответственности, к пониманию того, что весь человеческий род отвечает за то, что он творит. Поэтому, например, движение чайлдфри, популярное сегодня в западной культуре, — так же как и экологический экстремизм — представляет собой явную противоположность тому, о чем мы говорим. В тексте все это заложено концептуально.

29. «Хорошо» и «хорошо весьма»: зло как необходимая часть мироздания

[45:56] Есть еще одна очень интересная мысль, которую я хотел бы немного разобрать. Каждый из дней, каждый из этапов творения завершается формулой: Всевышний увидел, что это хорошо, день такой-то. А шестой день завершается словами «хорошо весьма», «очень хорошо».

וירא אלהים את כל אשר עשה והנה טוב מאד ויהי ערב ויהי בקר יום הששי[15]

«И увидел Бог все, что Он создал, и вот — хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестой».

[46:20] Эта степень сравнения — «очень хорошо» — в книге разбирается логически. Идея такова: изначально мир создан не только с потенциалом добра, но и с потенциалом зла. Сопоставление «хорошо» и «очень хорошо» с необходимостью предполагает ситуацию, в которой нечто не так хорошо, как «очень», а следовательно, есть зло: нужно было заложить его основы, его ростки.

[46:58] Существует большое философское и теологическое направление в разных религиозных традициях, которое утверждает, что Бог мог создать только добро и ничего более, а зло вносит лишь человек. В тексте — ровно обратное. Человек, конечно, может добавить зла, но сам потенциал зла тоже создан свыше. Поэтому, делает вывод этот комментарий, зло является необходимой частью мироздания.

[47:39] Я хочу сделать шаг назад и закрепить эту мысль, повторив ее еще раз: зло — необходимая часть мироздания. Мысль нетривиальная, необычная; к ней не так легко прийти и, может быть, не так легко ее доказать. И тем не менее само это утверждение порождает, как мне кажется, очень интересный взгляд на мир — взгляд, который будет подробнее раскрываться во всем содержании не только книги Берешит, но и всего Танаха, всего библейского текста: как это в нем заложено и как веками осмысляется. Мы говорим о еврейской религиозной традиции.

30. Седьмой день: шабат как закрепление преобразованного мира

[48:30] Последнее, что я сегодня, вероятно, успею сказать (уточняющие вопросы можно будет задать буквально через минуту), — это тема седьмого дня, то есть шабата. Она закладывает идею покоя, но самое интересное в ней — то, что мы очень часто упускаем.

ויכלו השמים והארץ וכל צבאם. ויכל אלהים ביום השביעי מלאכתו אשר עשה וישבת ביום השביעי מכל מלאכתו אשר עשה. ויברך אלהים את יום השביעי ויקדש אתו כי בו שבת מכל מלאכתו אשר ברא אלהים לעשות[16]

«И завершены были небо и земля и все воинство их. И завершил Бог в седьмой день работу Свою, которую делал, и прекратил в седьмой день всю работу Свою, которую делал. И благословил Бог седьмой день и освятил его, ибо в этот день прекратил Он всю работу Свою, которую сотворил Бог, чтобы делать».

[49:00] Все мы знаем, что эта концепция лежит в основе разделения между остальным циклом времени и субботой, шабатом. В обычном цикле времени мы занимаемся преобразованием мира — материального и духовного: это та самая задача, которая на нас возложена. А для духовных поисков у нас есть особое время, называемое шабатом, и оно является в этом отношении полной противоположностью: мы закрепляем тот мир, который уже преобразовали, и стараемся ничего в нем не изменять.

31. Продолжающийся шабат Всевышнего и вопрос о чуде

[49:44] Но есть одна деталь. По тексту получается, что это шабат Всевышнего. И поскольку этот этап не завершается формулой «и был вечер, и было утро, день седьмой», которой заканчиваются все остальные этапы вплоть до шестого дня, — этот период продолжается. Мы находимся в состоянии шабата Бога, Который скрыт — как мы говорили в самом начале сегодняшнего разговора — для того, чтобы человек мог действовать в мире.

[50:28] В этой связи ключевым оказывается вопрос о том, что происходит, когда нарушаются законы природы, — о том, что мы называем чудом, чудесами. Здесь тоже важна языковая сторона: в русском языке слово «чудо» одно, а в иврите их несколько, и по контексту они совершенно различны. Речь идет о нарушении законов так называемого естественного порядка вещей, которое описывают нам наши тексты — иногда в подробностях, иногда кратко.

[51:05] Что это — нарушение шабата? Получается, что да: Всевышний нарушает Свое же установление о покое и вмешивается в дела нашего мира. Тогда что это за события; что может повлечь за собой нарушение естественных законов; что может вызвать у Творца необходимость видоизменить Свое творение, вновь вмешавшись в него, и нарушить собственную субботу, собственный шабат? Тема непростая и большая; мы вернемся к ней на следующем этапе.

32. «Мелаха»: созидательная работа и тридцать девять запрещенных работ

[51:45] Напомню лишь, что речь идет не о всех видах деятельности, а только о том, что уже в этом самом тексте названо словом «мелаха», то есть о работе созидательной, творческой — той самой. Есть работы, не имеющие отношения к созиданию и творчеству, и словом «мелаха» они не обозначаются. Соответственно, все наши субботние запреты повторяют именно эти «мелахот» — тридцать девять видов работ, которые определены у нас как запрещенные в шабат.

אבות מלאכות ארבעים חסר אחת[17]

«Основных видов работ — сорок без одной».

[52:26] До завершения у нас остается пять минут. Я даю слово вам — если есть что добавить, спросить или кратко прокомментировать. На этом мы сегодня, на нашем первом занятии, завершим — по крайней мере, первую часть. Кто-то уже поднял руку.

33. Вопрос слушательницы: как соединяются свобода выбора и творчество

[54:57] Эля: Я не очень поняла, как связаны свобода выбора и творчество. Свобода выбора прилагается к какой-то цели: например, бежать или не бежать, работать или не работать. А творчество — это скорее потребность человека выразить себя. Мне не вполне ясно, как соединить одно с другим.

[55:26] Артур Клемперт: Это действительно относится к числу самых сложных вопросов. Вы совершенно правы: по крайней мере в русском языке свобода выбора предполагает не концептуальные, а в значительной степени простые действия — хотя для некоторых людей и это гораздо более сложный вопрос. Что же касается творчества, то оно возможно только при одном условии: условием творчества как такового является наличие собственной воли, собственного плана, собственной концепции, собственных идей. Если же предположить, что творчество не управляется самим человеком, то становится непонятно, в чем его подобие Всевышнему. Это было бы творчество без того содержания, которое, насколько я понимаю, имеется в виду в книге Берешит.

[60:00] Всем счастливо, до свидания, до скорых встреч.

Вступайте в группу обсуждения этого курса — https://t.me/+xvFQIhfVz0Q0ZDk8.

[1] Берешит (Бытие) 1:1. Sefaria: https://www.sefaria.org/Genesis.1.1?lang=bi&aliyot=0

[2] Imitatio Dei (лат.) — «подражание Богу», уподобление Богу. — Примеч. ред.

[3] Берешит 1:26–27. Sefaria: страница главы 1, см. примеч. 2.

[4] עולם (олам) — «мир»; נעלם (неелам) — «скрытый», от корня ע-ל-מ. — Примеч. ред.

[5] Берешит 1:5. Sefaria: страница главы 1, см. примеч. 2.

[6] ערב (эрев) — «вечер», корень ע-ר-ב имеет также значение «смешивать»; בוקר (бокер) — «утро», корень ב-ק-ר, от него же לבקר (левакер) — «проверять, различать». — Примеч. ред.

[7] Берешит 1:6–7. Sefaria: страница главы 1, см. примеч. 2.

[8] Берешит 1:11–12. Sefaria: страница главы 1, см. примеч. 2. В повелении сказано «дерево-плод, производящее плод» (עץ פרי עשה פרי), а в исполнении — «дерево, производящее плод» (עץ עשה פרי); на этом различии основан мидраш о том, что вкус дерева должен был совпадать со вкусом плода (Берешит Раба 5:9; Раши к Берешит 1:11)..

[9] Берешит 1:16. Sefaria: страница главы 1, см. примеч. 2. Мидраш об изначальном равенстве светил и об умалении Луны приводится в Вавилонском Талмуде, Хулин 60б, и у Раши к этому стиху. Примеч. ред.

[10] Берешит 1:21. Sefaria: страница главы 1, см. примеч. 2.

[11] Шмот (Исход) 7:10, 12. Sefaria: https://www.sefaria.org/Exodus.7.1-29?with=Commentary (страница главы 7 с комментариями). По тексту стиха посох бросает Аѓарон, и его посох поглощает посохи египетских чародеев. — Примеч. ред.

[12] См. Раши к Берешит 1:26. Ссылка на Sefaria не проверялась и потому не приводится. — Примеч. ред.

[13] Берешит 2:18. Sefaria: https://www.sefaria.org/Genesis.2 (страница главы 2).

[14] Берешит 1:28. Sefaria: страница главы 1, см. примеч. 2.

[15] Берешит 1:31. Sefaria: страница главы 1, см. примеч. 2. Мидраш, связывающий слова «хорошо весьма» с дурным побуждением, — Берешит Раба 9:7. Примеч. ред.

[16] Берешит 2:1–3. Sefaria: страница главы 2, см. примеч. 14.

[17] Мишна, Шабат 7:2. Прямая ссылка на страницу самой мишны в Sefaria не найдена; найдена страница комментария к ней, где приводятся эти слова: https://www.sefaria.org/Mishnat_Eretz_Yisrael_on_Mishnah_Shabbat.7.2 .