Из глубин приходит тшува. Из той великой глубины, в отношении которой индивидуальная душа не является самостоятельной структурой , но продолжает величественное всеобщее бытие. Желание тшувы прикасается к мировому Желанию, своему высшему Источнику; и поскольку могучий поток Воли устремлен творить добро, тут же многочисленные реки (ручьи) изливаются во всех направлениях реальности,- явить добро и принести улучшение всем(у). “Велика тшува, которая приводит исцеление в мир; и (даже если) один сделал тшуву, прощают ему и всему миру в целом”.
В великом канале, по которому струится жизненный сок, (не утративший своего основного), сущностного свойства, явлено единство всего сущего в его источнике; и духом витающим (постоянно незримо присутствующим) тшувы обновляется всё для блага высшего, чистейшего и сияющего.
Тшува приходит из стремления всего мироздания стать лучше, прозрачнее, прочнее и совершеннее, чем оно есть. В этом желании спрятана жизненная сила преодоления ограниченности бытия (всего сотворённого) и его слабости. И тшува отдельного человека, и, тем более, тшува общества, черпает свою силу из этого источника жизни, действующего непрерывно в своей мощи.
2
Тшува обитает в сердце постоянно; и даже в сам момент греха тшува таится в душе, и она посылает свои лучи, которые проявятся после, когда придёт сожаление (раскаяние), призывающее к тшуве.
В глубине реальной жизни, как она есть, заложена тшува, так как тшува предшествует (сотворению) мира (она старше, чем мир); и прежде, чем пришёл грех, уже была приготовлена тшува для него.
Поэтому нет в мире вещи надёжной, как тшува, и в конце всё придёт к исправлению; и тем более (народ) Израиля оповещён (уверен, обеспечен) и подготовлен совершить тшуву, приблизиться к своему подлинному желанию, воплотить в жизнь природу своей души, вопреки всем железным заслонам, препятствующим проявлению этой несокрушимой (крепкой, могучей, здоровой) природы.
Ценность помыслов о тшуве, представления её образа и размышлений о ней.
1.
Природа тшувы — давать человеку успокоение и серьёзность одновременно. Даже мимолётная мысль о тшуве способна утешить человека. В одной малой точке от её великого света уже заложено возвышенное блаженство целого мира, и вместе с тем она постоянно представляет мысленному взору человека его недостатки, требующие восполнения, и это спасает его от высокомерия и несёт ему сладкий свет, придающий великую и непреходящую ценность его жизни.
Одно лишь мысленное представление тшувы превращает все грехи и порождаемую ими тревогу, все душевные муки и всё безобразие грехов в источники утончённого наслаждения и душевного спокойствия, так как благодаря им открывается человеку глубина познания ненависти ко злу, и любовь к добру усиливается в нём с великой мощью, и превыше всякой логики и понимания он наслаждается счастьем утешения, в котором чувствует ту особую приятность, которую Всевышний дарует баалей тшува, облагороженную переживанием разбитого сердца и сокрушенной души, связанную с глубокой верой в избавление и окончательное спасение.
2.
Всякая мысль о тшуве привязывает всё прошлое к будущему, а ведь будущее возвышается постоянно, вместе с возвышением желания, благодаря тшуве, совершаемой из любви.
3.
Через помыслы о тшуве слышит человек голос Бога, взывающий к нему через Тору, и через все чувства его сердца; из всего мироздания и того, что его наполняет; и желание добра всё усиливается в нём, и сама плоть, ставшая причиной греха, постепенно утончается, настолько, что свет тшувы уже может проникнуть в неё.
Именно в помыслах о тшуве раскрывается глубина желания, и мужество души проявляется благодаря им во всей полноте своего великолепия; и по мере величия тшувы — мера её свободы.
5.
Вот, я вижу, что грехи стоят, как преграда на пути ясного Божественного света, изливающего своё великое сияние на каждую душу; и они затемняют и омрачают душу. И тшува, даже только мысленная, также она приносит великое избавление. Однако, к окончательному избавлению душа приходит лишь благодаря практической реализации этой потенциальной тшувы. И всё же, поскольку мысль связана со святостью и со стремлением к тшуве, бояться нечего: наверняка подготовит Всевышний все пути для обретения полноценной тшувы, освещающей все тёмные места светом жизни, и в соответствии с уровнем ценности тшувы Тора благословляется и становится более прояснённой, и учение становится чистым и ясным, ”сердце сокрушенное и удручённое, Всесильный, не будет презренным для Тебя”.
5*.
Мы убеждаемся воочию в том, что грехи суть преграды между нами и светом ясного постижения, и не только грехи индивидуальные, но также грехи общества. И всё же, это не является непроходимым препятствием, и благодаря великому усилию удостоимся тшувы, и исправления, и превращения тьмы в свет.
6.
Нужно очень глубоко верить в тшуву, и быть уверенным, что даже помыслом о тшуве возможно многое исправить в себе и в мире. И обязан (человек) после каждой мысли о тшуве становиться более радостным, более удовлетворённым, чем был до того. Тем более, если мысль о тшуве привела к принятию решения совершить тшуву, и если она связана с Торой, и мудростью, и богобоязненностью, и, особенно, если чувство Божественной любви пульсирует в его душе. И пусть умиротворит самого себя и утешит свою измученную душу, и подбодрит её всеми возможными способами, ибо вот слово Всевышнего: “Как мать утешит человека, так же Я утешу вас”.
А если он знает за собой грехи по отношению к ближнему, и сила его слаба их исправить, пусть не отчаивается совершенно от великого исправления тшувы, ведь грехи между человеком и Всевышним, если раскаялся в них, вот, они уже прощены. А если так, можно считать, что оставшиеся грехи, которые он ещё не исправил, поглощаются значительным числом тех грехов, которые он уже исправил, благодаря своей тшуве. И во всяком случае, пусть, не теряя бдительности, весьма остерегается, чтобы не попасть в ловушку какого-либо греха по отношению к ближнему, а также пусть исправляет всё, что сможет, из своих прошлых грехов, (следуя) путём мудрости и великой смелости: “спасайся, как олень от руки (охотника), и как птица от руки ловца”. Однако, пусть не унывает его сердце из-за той части грехов, которые не удалось ему исправить, а только пусть держится твердыни Торы и служит Всевышнему от всего сердца, в радости, трепете и любви.
Естественная боязнь греха — это здоровая человеческая природа в отношении общей морали; и это же — особая природа Израиля, если речь идёт о всяком грехе и нарушении с точки зрения Торы и заповедей, — наследия общины Яакова. И эта особая природа возвращается к евреям лишь благодаря изучению Торы народом: изучению Торы ради взращивания мудрецов, талмидей хахамим, а также изучению Торы в установленное для этого время широкими слоями народа. И невозможно, чтобы вернулся Израиль к своему прежнему здоровью, (способности) жить природной жизнью, пока не вернётся к нему так же его духовная природа во всей полноте, а один из её аспектов, наиболее сильный из них, это естественная боязнь греха, избегание его и потребность в непременной тшуве, если вдруг, не дай Б-г, окажется в его руке какой-либо грех или преступление.
И когда окрепнет жизненная сила народа, когда (сможет) охватить все стороны (его жизни), тогда прекратится брожение, омрачающее сознание, и национальные институты также придут к тому, чтобы включить в число постоянных направлений своей работы возвращение к отличающей Израиль глубокой естественной нравственности, которая чувствительна к различию в толщину волоса между запрещённым и разрешенным; и все тонкости Закона Торы и постановлений Мудрецов будут признаны, как пути, (ведущие к раскрытию ) уникальной сущности (народа Израиля), без которых вовсе невозможна свежая национальная жизнь.
4
Моральные дефекты, корень которых — отклонение от естественной нравственности, завершают своё действие через отклонение от нравственности Б-жественной — отход от религии. Оставление заповедей Всевышнего и бунт против них, что есть ужасающее моральное падение, приходит к человеку не иначе как через страшную погруженность в грубость материальной жизни. Возможно, в течение некоторого времени может блуждать поколение, всё или частично, в (некоторых) странах и областях, пораженное нравственной слепотой такого рода, что вовсе не будет чувствовать морального падения, которое есть в отходе от законов Б-га. Однако, из-за этого не потеряет вещь своей ценности, тшува всегда готова прийти и раскрыться; ведь болезнь забвения духовного мира не сможет занять прочного положения в человеческой природе, подобной источнику, который (может быть) замутнён, (но потом) возвращается к (прежней) прозрачности.
Поднятие желания и мудрости человечества — Религия и либерализм.
В мире есть хорошее содержание, которое постоянно совершенствуется, и это содержание раскрывается также в воле и природе человека. В прошлом природа человека и его желание были более дикими, чем сейчас, а в грядущие времена станут они более спокойными и добрыми, чем в наши дни. В прошлом Тора и мораль занимались, в сущности, тем, что подавляли природное желание; ведь зло преобладало в нём. Но с течением времени, это положение меняется, вплоть до того, что уже мораль с её требованиями взыскует свободы для желания: предоставьте ему надлежащий простор, и вот тогда увидите, сколько блага сокрыто в нём!
Однако, в наши дни желание всё ещё содержит в себе некоторые примеси; и вслед за добрыми, продвинутыми искрами воли жаждут также эти примеси удостоиться свободы. Но их свобода разрушит мир и загрязнит его.
Идёт яростная война, и каждый лагерь по праву защищает и по праву нападает. ”Свободные» сражаются за права добрых искр воли, чтобы не пострадали они от ненужного рабства, которое является лишь недостатком; а “поработители”, знающие прошлое во всей его красе, защищают рабство, чтобы не разрушили загрязненные части воли благородного здания Мира.
И великие душой должны способствовать восстановлению мира между станами, показывая каждому из них, где, на самом деле, пролегает граница его владений.
Развитие духа человека усиливает его разум и внутреннее стремление к добру, то есть к Божественному благу, которое является направляющей основой для откровения Бога и влияния Торы и пророчеств в мире.
В начале общий разум человечества был менее развит, и его стремления были также более варварскими. Тогда все Божественное стремление состояло в том, чтобы отвергнуть извращенный разум, порабощенный только животными инстинктами во всем человеческом сообществе, и всегда противостоять естественному желанию, чье пробуждение было больше направлено на безобразие и грех. Исправление мира на протяжении всей цепи поколений, с помощью высшего влияния через раскрытие Шехины в Израиле, испытания времени, рост общественного сознания и расширение наук сильно очистили человеческий дух. И хотя очищение его еще не завершено, в любом случае, значительная часть его помыслов и естественного стремления его воли сами по себе согласуются с божественным благом.
И в отношении той части, которая уже очистилась, обязана либеральность распространяться, занимать пространство. Когда же традиция и религия, пусть даже в самом чистом виде, пытаются силой вернуть себе власть над этой облагороженной частью, — они не преуспеют.
Задача их, однако, помочь человеческому духу в его чистоте идти по уже завоеванному пути, и поставить своей мишенью те части духа, которые всё еще не облагорожены, и пребывают в диком состоянии, как в древние времена.
И в связи с движением беспокойного «брожения» очищенных частей, опасность еще больше, поскольку нефильтрованные части, многочисленные остатки варварства, пребывают в своем непослушном естественном состоянии, а исправленная сторона человеческого духа защищает их крылом воображения, окутывая покрывалом иллюзорного блеска всевозможную мерзость и ложь.
Это святое дело тех, кто служит Богу, — до конца времён, пока дух нечистоты полностью не исчезнет, и величие человека и мира не откроются в сиянии славы, в царстве Всемогущего.
כב – התעלות הרצון והשכל האנושי
יש בעולם תוכן טוב ההולך ומתעלה, וזה התוכן מתגלה הוא ברצונו ובטבעו של האדם גם כן. בעבר היה הטבע והרצון האנושי יותר פראי ממה שהוא כעת, ולימים הבאים יהיה יותר נח וטוב מההוה. בעבר היתה מהות התורה והמוסר פונה ביותר לביטול כח הרצון הטבעי, מפני שהרע היה מרובה בו, ולעתיד הולך הדבר ומקבל צורה חדשה, עד שהדרישה של החופש הרצוני תובעת תביעות מוסריות שיניחו את הרחבתה המבוקשת, שאז תראה כמה טובה צפונה בה. אבל בתוך הרצון העכשוי כמה סיגים עדיין יש בו, ומתוך הזכות של הניצוצות הטובים של הרצון שהתעלה חפצים גם אלה הסיגים לזכות בחופש, וחופשם יחריב את העולם ויזהם אותו. לזאת המלחמה עצומה היא, וכל מחנה מגינה בצדק, ולוחמת בצדק, החפשים לוחמים בעד ניצוצי הטוב של הרצון שלא יסבלו עבדות לאין צורך, שהוא אך למחסור, והמשועבדים, מכירי העבר ויודעיו בהדר טובו, מגינים על השעבוד, שלא יהרסו חלקי הרצון המזוהמים את הבנין האצילי של העולם. וגדולי הנפש צריכים לתווך את השלום בין הלוחמים, בהראותם לכל אחד מהם, מה הוא הגבול השייך לו באמת. ההתפתחות של רוח האדם מכשרת את שכלו העצמי ואת חפצו הפנימי להיות שואף אל הטוב הגמור, שהוא הטוב האלהי, שהוא היסוד של המגמה לכל התגלות אלהות, והשפעת התורה והנבואה בעולם. בימים הראשונים היה השכל הכללי של האנושיות פחות מפותח, וחפצו היה גם כן יותר ברברי. אז היה החזון האלהי כולו נועד לדחות את השכל הסורר, המשועבד רק להחפצים הבהמים בכללות החברה האנושית, ולדחוק תמיד את החפץ הטבעי, שהיתה התעוררותו יותר מכוונת לקראת הכיעור והחטא. התבסמות העולם על ידי כל המשך הדורות, על ידי ביסום היותר עליון של גילויי השכינה בישראל, ועל ידי נסיונות הזמנים, התגדלות היחש החברותי, והתרחבות המדעים, זיקקה הרבה את רוח האדם, עד שאף על פי שלא נגמרה עדיין טהרתו, מכל מקום חלק גדול מהגיונותיו ושאיפת רצונו הטבעי הנם מכוונים מצד עצמם אל הטוב האלהי. ונגד אותו החלק שכבר נזדכך מוכרחת היא הליבירליות להתפשט, לתפוס מקום. וכשבאה המסורת והדת אפילו בצורתה היותר טהורה לכבוש תחת ידה את זה החלק המזוקק לא תצליח. אבל צריכה היא לסייע את רוח האדם בנקודת טהרתו, ללכת במסלתו שכבר כבש, ולכוין את מטרתה נגד אותם חלקי הרוח, של הדעת והרצון האנושי, שעדיין לא נתבסמו, והם עומדים עוד במצבם הפראי כימי קדם. ולפי התנועה התסיסית של החלקים המבוסמים, עוד הסכנה בהם יותר גדולה, כשהחלקים הבלתי מבוסמים, השרידים הרבים של הברבריות, הולכים במצבם הטבעי הפרוע, והצד המתוקן שברוח האדם סוכך עליהם באברת דמיונו, להעטיף מעטה של ברק נוצץ על כל תועבה ושקר. זאת היא עבודת הקודש של עובדי ד’, עד קץ הימים, עד אשר רוח הטומאה כליל יחלוף, וזיו האדם והעולם יגלה בתפארת עזו, במלכות שדי.
